Почему важна поддержка народных промыслов

Подмога мастеру

Почему экономике региона и страны важно развитие народно-художественных промыслов и в каком состоянии они находятся сейчас?

Об этом нам рассказал автор книги «Народные промыслы Каменного пояса», один из инициаторов областного законопроекта о государственной поддержке народных художественных промыслов Среднего Урала, член Ассоциации «Народные художественные промыслы России» Александр Георгиевич Назаров:

 

Александр Назаров: Как бы это ни казалось странным, поддержка устойчивого развития территорий и государств во многом зависит от сохранения этнокультурного наследия нации, народных художественных промыслов¸ распространенных на данной территории.

 

Недаром говорят, что народные промыслы – это лицо нации. Это хорошо понимают малые народы. Этнокультура любого народа исторически формировалась в деревнях и селах. Но современная разруха на селе привела к нашему отрыву от национальных корней. А так как природа пустоты не терпит, то свободное этнокультурное пространство заменяется другими культурами. Это неплохо лишь при условии, что иностранное культурное веяние только дополняет, а не замещает традиционные ценности. Народные промыслы во многом обуславливают историческую привязанность нации к территории.

 

tavolgaПричем важны не единичные изделия, а очаги народной культуры, так называемые места бытования промыслов, например: Тагильская лаковая роспись, Туринская игрушка, Богдановический фарфор, Таволжская керамика, Гжельский фарфор, Хохломская роспись и т.д. Их сохранение и господдержка укрепляют государство и формирует национальное самосознание. Непонимание современными чиновниками этой особенности и, как следствие, отсутствие полной государственной поддержки очагов национальной русской культуры в регионах, ведет к разрыхлению нации, безразличию народа к происходящим историческим событиям и ослаблению государственности. Ведь при отсутствии собственного историко-культурного воспитания происходит отрыв от национальных корней и нация становится простым аморфным сборищем людей без прошлого, настоящего и, конечно, будущего. Это порождает безразличие к происходящим в стране событиям, стремление выехать на постоянное место жительство за рубеж, что мы сейчас и наблюдаем в России.

 

Почему известные уральские промыслы сегодня утеряны?

 

Александр Назаров: И в царские, в советские времена эту отрасль активно поддерживало государство, и наши изделия были известны не только в России, но и за рубежом. Например, со второй половины 19 века камнерезные производства размещались во всех крупных заводских поселках Среднего Урала, а ювелирное дело расцвело после реформы 1861 года и быстро превратилось в один из самых доходных уральских промыслов. До перестройки на Среднем Урале насчитывалось более 30 предприятий народных промыслов — они позволяли сохранять художественные школы по росписи, литью, передавать опыт младшим поколениям. А сейчас их можно пересчитать на пальцах одной руки.

 

tavolga2В начале 90-х всем показалось, что рыночные отношения все расставят на свои места — и предприятия народных промыслов уравняли с обычными коммерческими структурами. А получилось, что с водой выплеснули ребенка. Хотя за рубежом такие производства поддерживаются государством и никогда их не рассматривают как обычный малый бизнес. По характеру он может быть и малым, только выполняет огромную социальную работу, сохраняя культурные и исторические корни. Вымирание целых предприятий народных промыслов в России показывает, что без поддержки государства они рассыпаются на мелкие составляющие и постепенно исчезают. У чиновников из современных министерств сложилось мнение, что маленькие ремесленные мастерские и городские ремесленники-одиночки, которых сейчас достаточно, позволят без вмешательства государства сохранить народные промыслы и обеспечат Свердловской области туристическую привлекательность. Однако это не совсем так. Только на коллективных предприятиях в местах бытования народных промыслов возможно сохранить традиционные технологии, применение местных материалов, совершенствование приемов труда. Мастеру-одиночке это не по плечу — он может только имитировать традиционные ремесла. К тому же ремесленники часто создают изделия интернационального плана, часто не опираясь ни на русскую ни на уральскую историю.

 

С утерей предприятий народных художественных промыслов и, как следствие, исторических центров бытования промыслов сувенирная продукция уральского региона превратилась в дешевый ширпотреб. Даже на традиционной ярмарке в Ирбите в этот раз ситуация была парадоксальная: половина изделий — китайский ширпотреб. А от Урала — небольшой кусочек ремесленников. Доходит до смешного: нынешний министр культуры Свердловской области объясняет нам, что народные промыслы недостойны поддержки – вот то ли дело высокое искусство, известные художники и композиторы! В то же время еще из администрации предыдущего губернатора нам звонили и просили «Помогите, мы не можем наполнить подарочный фонд главы региона».

 

А что случилось со свердловскими промыслами?

 

Александр Назаров: На Среднем Урале фактически утеряны народные промыслы – и, как следствие, область потеряла лицо. Прославившая уральских мастеров тагильская роспись по металлу практически умерла – цех при НТМК, где производились тагильские подносы, прекратил своё существование как непрофильное производство, а от знаменитых «Тагильских подносов» остались лишь мелкие мастерские. Естественно, качество подносов уже не то. Подносы мастера расписывают на китайских штамповках, ведь наше оборудование в 90-е было распродано или сдано в металлолом. И лаковая роспись на металле сейчас в России называется Жостовской — по месту продолжателей этого вида промысла в подмосковной деревне Жостово. Богдановический фарфоровый завод разорился, «Туринская игрушка» закрыта, на месте ковроткачесткой фабрики в Бутках сейчас вяжут жгуты для автомобильной промышленности. Закрылась и основанная Татищевым фабрика «Уральские самоцветы», в которой тогда еще секретарь свердловского обкома Борис Ельцин заказывал для правительства страны карту СССР из самоцветов. Сейчас на ее месте развлекательный центр европейского стиля.

 

Сысертский завод хотя и сохранен, но производит лишь фарфорово-фаянсовые иконостасы. Удалось спасти от разорения «Таволжскую керамику» в Невьянске, но от былого большого предприятия осталась лишь треть. Меж тем интерес у свердловчан к народным промыслам есть – только на Таволожскую керамическую фабрику приезжает до 20 тысяч гостей в год плюс иностранные делегации.

 

Но это беда не только Среднего Урала – на известном с царских времен Гусь-Хрестальном заводе, говорят, теперь будут производить пеностекло. Мол, хрусталь никому не нужен. Может, не нужны такие бокалы в таком количестве, но освойте новое направление! Ведь чешское и муранское стекло востребовано во всем мире.

 

Насколько тяжело выживать оставшимся предприятиям?

 

Александр Назаров: 60-70 процентов себестоимости продукции составляют затраты на электроэнергию, остальное – на расходные материалы и зарплату. Но дело не только в финансах. На открытых слушаниях о поддержке народных промыслов в Ирбите выступал представитель камнерезного участка из поселка Малышево и жаловался, что его «замотали» надзорные органы: запутанные законы и множество подзаконных актов сделаны таким образом, что предпринимателя постоянно держат на крючке. Сельскому предприятию предъявляют требования, которые зачастую можно выполнить только в городе: канализация, водопровод, медобслуживание. Получается, какое бы предприятие народных промыслов ты ни открыл на селе – попадаешь под пресс. А один резчик по дереву рассказал, что у него было семейное производство, но когда их обложили налогами, они не выдержали беремени и предприятие закрылось. А он остался мастером-одиночкой.

 

Какое, по-вашему, будущее у этой отрасли?

 

Александр Назаров: Будем оптимистами, ведь на федеральном уровне понимают значимость поддержки народных промыслов, созданы специальные экспертные советы. На Урале был накоплен колоссальный художественный, культурный и производственный потенциал в сфере народных промыслов и ремесел. Его нужно систематизировать и распространить в качестве защитного средства от разных навязываемых нам исторических мифов и теорий, которые разрабатываются только с одной целью: обеспечить жизненное пространство будущим поколениям чужих наций.

 

Как это сделать? В 60-е годы 20 века была выведена на принципиально новый уровень роспись керамики в Гжели объединившей сотни мастеров в одну школу, создан тот узнаваемый стиль, который известен сейчас всему миру. Кто мешает нам сделать то же самое в Свердловской области и восстановить, например, «Туринскую игрушку» или ковроткачество в Бутках, превратить в единую школу три разрозненных подносных промысла в Нижнем Тагиле?  Тем более опыт других уральских регионов показывает, что при желании властей развитие народных промыслов может быть очень успешным. В Тюменской области сохранено и развиваются сибирское ковроткачество и резьба по кости. В Челябинской – каслинское и златоустовское литье. Да и в некоторых других субъектах выделяются значительные суммы на поддержку народных промыслов – например, в Татарстане – по 20 миллионов рублей в год. Конечно, в нашем случае мало просто выделять финансирование на развитие промыслов – их нужно возрождать.

 

 

 

Кстати

 

На Среднем Урале поддержат народных умельцев и ремесленников

 

В Свердловской области завершается обсуждение законодательной инициативы по возрождению народных художественных промыслов и ремесленничества.

 

— Беспокоит ситуация с сохранением промыслов, многие из которых мы теряем прямо на глазах, — отметил руководитель рабочей группы по подготовке регионального законопроекта, председатель комитета по социальной политике Заксобрания Вячеслав Погудин. — У основной массы мастеров и ремесленников много проблем, связанных с элементарным финансовым и экономическим выживанием, старением и исчезновением промыслов. Поэтому, разрабатывая новый закон, мы стремимся  создать условия для развития этой важной для благополучия всего общества отрасли, возрождения и развития промыслов, развития въездного туризма и в Свердловской области.

 

Сегодня на Среднем Урале в местах традиционного бытования развиваются восемь художественных промыслов: камнерезно-гранильное и ювелирное производство, художественная ковка и гнутье металла, колокололитейное дело, лаковая роспись по металлу, деревообрабатывающие промыслы, производство изделий из художественной керамики и фарфора. Еще в 1999 году областное правительство утвердило перечень из девяти мест традиционного бытования художественных промыслов на Среднем Урале. Это Екатеринбург, Нижний Тагил, Сысерть, Богданович, Асбест, Нейво-Шайтанский рабочий поселок, село Бутка, Туринск и Артемовский. Но, сокрушаются специалисты, многие виды промыслов уже сошли на нет, в том числе Туринская игрушка, Буткинское художественное ковроткачество, Богдановичский фарфор, производство расписной деревянной посуды в Реже, по пальцам можно пересчитать камнерезные и кузнечные мастерские. По сути в регионе осталось лишь два стабильных предприятия народных промыслов — Таволжская керамика и – под эгидой Епархии — фарфоровый завод в Сысерти.

 

Парламентарии изучили опыт развития промыслов и ремесленничества в других регионах. Выяснилось, что есть немногочисленные успешные примеры развития и возрождения художественных промыслов. В 33 субъектах есть региональные законы, которые предусматривают финансовую и иную поддержку народным умельцам. Но далеко не везде они действуют эффективно. Кое-где предприятия освобождают от земельных налогов, предоставляют субсидии из федерального или местного бюджетов, дают льготы по налогу на имущество или снижают налоговую ставку в налоге на прибыль в пределах четырех процентов. В Рязанской, Вологодской областях и республике Татарстан приняты региональные целевые программы поддержки организаций, а туристов регулярно возят по местам традиционного бытования художественных промыслов. Но комплексно народные промыслы поддерживают, по мнению депутатов, лишь в трех субъектах: Кировской и Нижегородской областях и республике Дагестан.

 

У каждого региона своя «копилка рецептов» поддержки ремесленников. Так, в Нижегородской области умельцам помогают не только материально, но и маркетингом. Помимо того что местные власти частично возмещают предприятиям затраты на электроэнергию и газ и возмещают часть процентной ставки по кредитам, в регионе также наладили оптово-розничную сеть изделий художественных промыслов, проводят конкурсы и фестивали, следят за пополнением выставочной экспозиции промыслов, продвигают своих умельцев на участие в российских и международных выставках и т.д. В Кировской умельцев-новичков поддерживают через микрокредитование (до 500 тысяч рублей), а действующих предпринимателей – льготным кредитованием в размере до миллиона рублей — правда, под 11-14 процентов годовых и под обеспечение минимум трети от размера кредита. Также кировским мастерам частично субсидируют разные затраты предприятий – например, треть от стоимости потребленной электроэнергии.

 

А вот в Удмуртии делают акцент на возрождение забытых промыслов. По всей республике создана сеть Центров и Домов ремесел, причем без особых дополнительных финансовых затрат: они появились вместо закрытых сельских клубов, на базе освободившихся штатных единиц. По отличному от других регионов пути пошла Архангельская область, где правительство пытается сохранить народные художественные промыслы с помощью территориального общественного самоуправления (ТОС) на селе. Правительство субсидирует ТОС на конкурсной основе, правда, деньги выделяются очень небольшие. Запрашиваемая сумма из областного бюджета на реализацию одного проекта не должна превышать 70, а из районного – 35 тысяч рублей.

 

Сейчас свердловские депутаты тоже разрабатывают областной законопроект, где предусмотрят те или иные меры поддержки народных умельцев и ремесленников. Первое обсуждение документа намечено на середину осени.

Подготовила: Дарья Кезина, Свердловская область, Российская газета—Экономика УрФО 

 

Фото: Татьяна Андреева и из архива завода «Таволжская керамика»

 

Ссылка на версию «РГ»: http://www.rg.ru/2012/09/13/reg-urfo/ekspert.html